От Harpoon к Atmaca: ракетная трансформация турецкого флота

Серия «От импортного к отечественному» · Материал 3 · Сарп Гючлю

Десятилетиями в арсенале противокорабельных ракет турецкого флота основой был американский RGM-84 Harpoon. Сегодня эту роль постепенно берёт на себя отечественная ракета Atmaca, разработанная компанией Roketsan — но замена происходит не одномоментно, а поэтапно, платформа за платформой.

Что представляла собой прежняя система?

RGM-84 Harpoon, разработанная компанией McDonnell Douglas (позже Boeing), — одна из самых распространённых противокорабельных крылатых ракет в составе флотов НАТО. В турецком флоте Harpoon размещён на фрегатах типа Yavuz немецкого проекта MEKO 200 (четыре корабля, по 8 ракет на пусковых Mk141), на фрегатах типа Barbaros (четыре корабля, аналогичная конфигурация), на бывших американских фрегатах типа Oliver Hazard Perry, известных в турецком флоте как тип Gabya, и на подводных лодках типа 209/1400 (классы Preveze и Gür), несущих подводный вариант UGM-84. Головной корабль серии, TCG Yavuz, сегодня — музейное судно; остальные корабли серии в строю. Исторические торговые записи указывают на турецкий запрос на 16 ракет Harpoon через McDonnell Douglas, однако точная дата этого заказа и общий объём турецкого запаса Harpoon не подтверждены ни в одном открытом документе.

Почему потребовалась отечественная замена?

По данным Defense News за 2022 год, представители Roketsan объясняли переход на Atmaca в первую очередь экономикой: отечественная ракета стоит примерно вдвое дешевле Harpoon, а программа перехода, по оценкам компании, должна сэкономить до 500 миллионов долларов. В том же материале отмечается, что запасы Harpoon закупаются у Boeing партиями и со временем устаревают, создавая постоянную зависимость от закупок. Документально подтверждённых данных об эмбарго или прекращении поставок, которые объясняли бы этот переход, не найдено, поэтому формулировка «из-за эмбарго» в этом материале не используется — заявленная причина перехода — стоимость, обновление запасов и курс на промышленную самостоятельность, который координирует Управление оборонной промышленности Турции (SSB).

Как разрабатывалась отечественная ракета?

Контракт на разработку Atmaca Roketsan получила в 2009 году. В 2015-м прошли первые наземные испытательные пуски. В ноябре 2018 года SSB и Roketsan подписали контракт на серийное производство — формальный переход программы от прототипа к серии. В ноябре 2019 года корвет TCG Kınalıada произвёл первый пуск ракеты с корабля; по данным Naval News, это был первый случай, когда турецкий надводный корабль применил эту ракету. По итогам стрельб в марте 2021 года ракета достигла начальной операционной готовности (IOC) на флоте. В декабре 2021 года, как сообщал Janes, глава SSB Исмаил Демир подтвердил начало поставок в командование военно-морских сил, назвав головной платформой корвет TCG Kınalıada (поставлен флоту в 2019 году). В ноябре 2022 года Roketsan и компания STM подписали контракт на интеграцию ракеты на 11 морских платформах со сроком завершения в апреле 2027 года. В 2024 году во время испытательного пуска был применён отечественный турбореактивный двигатель KTJ-3200, а в марте 2025 года, по данным Defense News, с подводной лодки TCG Preveze у берегов Мерсина был выполнен испытательный пуск подводного варианта ракеты — программа расширяется с надводных кораблей на подводный флот.

Старая и новая система: сравнение

Какая доля — отечественная?

Турбореактивный двигатель KTJ-3200 для Atmaca разработан турецкой компанией Kale Arge и, по имеющимся данным, был интегрирован в ракету во время испытательного пуска в 2024 году — это снижает зависимость от американского двигателя Teledyne CAE J402, используемого на Harpoon. Архитектура системы управления, полётное программное обеспечение и конструкция корпуса разработаны Roketsan, которая описывает ракету как автономную, всепогодную, с низкой радиолокационной заметностью и возможностью трёхмерного планирования маршрута. В сухопутном варианте Kara Atmaca для конечного наведения используется тепловизионная (ИК) головка самонаведения вместо активной радиолокационной, применяемой на морском варианте — об этом сообщал Janes. Детализированных открытых данных о цепочке поставок электронных компонентов ракеты не существует, поэтому формулировка «полностью отечественная» в этом материале не используется — двигатель, корпус и архитектура управления документально подтверждены как отечественные разработки, доля электронных компонентов не раскрыта.

Действительно ли новая система заменила старую?

Замена происходит поэтапно. Доказательства: контракт Roketsan–STM от ноября 2022 года предполагает интеграцию ракеты на 11 морских платформах к апрелю 2027 года (Naval News); корветы типа Ada несут и испытывают ракету с 2019 года и достигли IOC в 2021-м (Janes); глава SSB Исмаил Демир подтвердил начало поставок флоту к декабрю 2021 года (Janes); в марте 2025 года был испытан подводный вариант (Defense News) — однако это испытание, а не ввод в боевой состав подводного флота. При этом фрегаты типа Barbaros и другие платформы, ещё не прошедшие модернизацию, продолжают нести Harpoon; подтверждённого официального графика с датами их перевооружения в рамках этого исследования не найдено. Итог: переход реален и продолжается, но до цели 2027 года обе системы будут сосуществовать в арсенале флота.

Мировые параллели

Турция не одинока в этой модели. Во втором материале серии рассматривалась польская ракета Piorun, которая постепенно заменяет советский лицензионный Strzała-2 — ещё один пример, где замена идёт корабль за кораблём или подразделение за подразделением, а не сразу. Южнокорейская SSM-700K Haeseong и норвежская Kongsberg NSM следуют похожей промышленной логике: это отечественные ракеты, созданные специально, чтобы составить конкуренцию давнему доминированию Harpoon в западных и союзных флотах. В архиве Envanter Medya есть отдельные подробные сравнения Atmaca с NSM и Haeseong; фокус же этого материала — именно переход турецкого арсенала, а не прямое сопоставление образцов.

Стратегический и промышленный результат

Программа Atmaca дала Турции отечественную цепочку поставок для двигателей, программного обеспечения управления и конструкции корпуса противокорабельных ракет. Экспорт ракеты компанией Roketsan — публично сообщалось о продажах Индонезии — показывает, что программа вышла за рамки чисто внутреннего продукта. По оценке Roketsan, приведённой Defense News, программа перехода должна сэкономить до 500 миллионов долларов. Переход на отечественный двигатель в 2024 году также важен для снижения зависимости от импорта в критичном узле — это пересекается с случаями класса E (критические подсистемы) в серии. Это реальные достижения, но двигатель был импортным до недавнего времени, а подводный вариант остаётся на стадии испытаний — это прогресс, а не завершённая картина полной независимости.

Часто задаваемые вопросы

Источники

• Подтверждение главы SSB Исмаила Демира о поставках — Janes, декабрь 2021
• Naval News, август 2023 — контракт Roketsan–STM на интеграцию
• Defense News, февраль 2022 — экономическое обоснование
• Defense News, март 2025 — пуск с подводной лодки
• Архив Envanter Medya: Atmaca против Harpoon, Что такое Atmaca